13:04 

Глаза цвета неба

Ким-Пять-с-Плюсом
Кто этот гений? Дайте я пожму ему горло!
Глаза цвета неба
Автор: Ким-Пять-с-Плюсом
Фэндом: Гарри Поттер
Персонажи: Рон Уизли, остальное сами увидите
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш , Ангст, AU
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC
Размер: Мини
Статус: закончен
Описание: Он пожертвовал всем, чтобы выиграть. Он стал предателем. Дважды. Он нашел себя и свою судьбу.
Примечания: У автора была депрессия – он был на работе, и вот что из этого вышло...


***
Он не хотел, чтобы все получилось так! Правда не хотел!
Когда все только началось, завертелось, он даже не думал об этом. Не думал о предательстве. Все произошло спонтанно, неожиданно, как для окружающих, так и для него самого.
Для него начало конца настало в тот день, когда для всех все только началось.
- Рыжие волосы, обноски своих братьев…
Его будто заклеймили.
- Должно быть, ты – Уизли…
Уизли. Его клеймили этой фамилией как прокаженного.
- Уизли, опять получил «тролль»?
Конечно, последний из сыновей, он не мог затмить Джинн – такую долгожданную в семье девочку. Он не был на столько красив, чтобы затмить Билла, на столько храбр, чтоб превзойти Чарли. Он был не так умен, чтобы сравниться с Перси, не так сообразителен и находчив как близнецы. В его жизни всегда и все было не так.
- Привет… Я- Гарри. Гарри Поттер.

Первый и самый лучший его друг оказался «тем самым Гарри Поттером» - спасших всех волшебников от чокнутого Волдеморта.
Друг… Как много в этом слове. Гари стал ему больше, чем другом – он стал братом. Очередным братом, которого он не мог превзойти ни в чем. Лучший игрок в квиддич, всемирно известный, богатый, скромный, умный, красивый, находчивый, любимец всей его семьи.
- Рон! Немедленно поднимись в свою комнату – ты наказан!.. Гарри, дорогой, ты не виноват.
Любимец Молли.
- Сегодня ты официально будешь считаться моим сыном, Гарри… Ваша свадьба с Джинни – знаменательнейшее событие в нашей семье.
А может, крестраж был прав? Тогда, когда он пытался уничтожить его.
- Твоя мать не любит тебя… Гарри – вот кого она хотела бы видеть сыном!
Конечно, он знал, что это было не правдой, что это гнусная ложь, но… Но в каждой лжи есть доля истины, не так ли? Может быть… Но все же, он любил своих братьев, свою семью, всех…
Гарри… Потом появилась она – Гермиона, маленькая умница, знающая ответы на все вопросы, и он, как-то затесавшийся среди них.
- Золотое Трио?! Ну, как же, слышал-слышал!
Ну-ну. Их троица была… необычной: Гарри – герой, Гермиона – умница, а он, кем был он? Он умел только три вещи: играть в шахматы, подражать голосам и вляпываться в самые глупые ситуации.
Да, конечно, Гарри тоже «вляпывался», но то были приключения и опасности, а ему, как всегда, доставались глупости.
- Глупый друг Гарри Поттера!..
Да, он был взбалмошным, вспыльчивым, он многого не понимал и боялся, он не любил учиться, но единственное, что он мог сделать для них – пожертвовать собой ради спасения друзей. Пожертвовать собой, своей и без того жалкой («Ааа, это тот самый Рон Уизли? Придаток Золотого Трио?») репутацией, пожертвовать своим именем и честью. Запятнать себя ради других.
- Я согласен, мой Лорд…
Конечно, он не надеялся, что кто-нибудь его поймет и был уверен, что никогда не простят.
- У меня больше нет сына по имени «Рон»! С этого дня у меня только шестеро детей!
Он знал, что от него откажутся, но не знал, что это будет так больно.
- Я верил тебе!.. Expelliarmus!
Он знал, что его друзья станут ему врагами, что они станут охотиться на неог, но он не предполагал, что они так легко поднимут на него палочки.
Конечно же, Авадой никто не кидался – ведь непростительное – это удел Пожирателей, а значит, теперь и его….
Он увернулся. А потом еще раз. И еще. Ему неожиданно везло – его бывшие друзья, теперь уже враги, не могли задеть его достаточно серьезно.
- Убей его! Ты дожжен доказать мне свою преданность!
Конечно же, он знал, что придется убивать. Ведь знал же? Но он не предполагал, что это будет так сложно. Сложно поднять свою палочку и, глядя глаза в глаза, произнести всего два слова.
- Avada Kedavra!
Глядя в глаза и мысленно умоляя: «Прости меня, Симус!»
Убить, а потом тупо смотреть, как мертвое, теперь уже, тело, будто в замедленной съемке, падает к твоим ногам, глухо стукнувшись о мраморные плиты пола.
- Теперь я уверен в твоей преданности, мой друг. Отныне, ты один из нас. Ты – Пожиратель Смерти!
Ему приходилось улыбаться слушая Лорда. Ему пришлось смеяться, глядя на то, как другие мучают и убивают его бывших друзей.
- Если вы не научитесь контролировать свои мысли, мистер Уизли, Темный Лорд убьет вас через две минуты, после того, как вы вступите в тронный зал.
Ха! Как вы думаете, у кого он учился искусству легилименции?
- Профессор, я не думаю, что у меня получиться научиться этому за две недели.
Конечно, он ведь никогда ничему быстро не учился.
- Для вас, я больше не профессор.
Как же! Они же скоро станут соратниками. Ну, он надеялся на это…
- Поздравляю, вы прошли испытание, мистер Уизли!
Он прошел. Стал одним из них. Стал… Пожирателем.
- Спасибо,.. Северус.
Ну, да, а что вы думали? Ему надо привыкать к этому – называть по имени своих… соратников.
Он справился, правда. Он честно, в меру своих сил, конечно, служил ему, служил им всем.
Служил вплоть до Того Самого Дня.

- Сегодня настал твой шанс, Рон. Сегодня ты можешь сделать то, ради чего терпел все это последний год.
- Да, Северус, я знаю…
Наконец! Он дождался этого дня. Он дождался…
- Мистер Малфой, позвольте мне сопровождать Лорда?
Он так и не научился обращаться к ним всем по имени. Ко всем, кроме Северуса. Но то совсем другое.
- Ты уверен, что справишься, Уизел?
Ну, да, Малфой-младший, естественно был среди них.
- Хочешь проверить, Хорек?
За этот год он научился не тушеваться, научился противостоять. Не только Малфою-младшему – всем.
- Драко, оставь! Темный Лорд сам велел поставить его в охрану. Ведь он – один из самых преданных его последователей.
- Но!..
- Я сказал – молчи!
Не зря Хорек не доверял ему. Правда, он не дал ни малейшего шанса заподозрить его в чем-то или усомниться. Порой, даже Северус пугался его.
- Иногда мне кажется, что ты и вправду предан ему. В такие моменты ты пугаешь меня по-настоящему…
Он был предан, да. Но сначала, он служил делу – делу по уничтожению Лорда, а потом… Потом, вся его преданность делу ушла на второй план. Все, ради чего он старался и переживал, все ради чего он проходил все эти испытания – было только ради него.
- Не стоит пугаться. Ты же знаешь, КОМУ я предан.
- Сегодня последняя битва, друзья мои! Сегодня, мы победим и, наконец, я покорю весь мир! Я сокрушу этого Поттера!
Они прощались. Нет, слово «прощай» не слетало с их губ, но во взгляде, в каждом движении, во всем проскальзывало это. Проскальзывало прощание.
- Не рискуй понапрасну.
- Вообще-то, это мои слова.
- Все равно, не рискуй. Они не оценят, уж я-то знаю.
- Это уже не из-за них, не для них. Ты знаешь…
- Да.
- Удачи.
- И тебе.
Он шел подле Лорда – его правая рука, его охрана. Он шел рядом с тем, кого ненавидел всей своей рыжей душой. Шел на бой – последний и решающий. И у него была цель. Убить. Уничтожить. Спасти. Сохранить.
- Предатель! Убийца!
Кто бы сомневался, что они, его бывшие лучшие друзья будут стоять в первых рядах: Гарри, Гермиона, Невилл, Луна, Джинни и все остальные Уизли, взрослые и дети. Сейчас все были равны – не было профессоров или студентов, были только солдаты. Сейчас, они все противостояли врагу и сражались за то, что верили.
- Рон, можно тебя на минутку?
Антоний Долохов – ровесник самого Лорда, но не под стать тому молод, красив и умен.
- Что вы хотели, мистер Долохов? У меня нет времени прохлаждаться – я охраняю Лорда.
- Северус просил передать.
Какой-то небольшой сверток перекочевывает из кармана мужчины в его ладонь, внимательные и чересчур умные глаза понимающе смотрят на него. Он выдерживает этот взгляд и открывает сверток лишь тогда, когда Долохов уходит.
Опускает взгляд – кинжал. Небольшой – помещается в открытой ладони. Небольшой, но смертельно опасный – маленькая царапина – чистая смерть. Истинная древняя реликвия Принцев, хранившаяся у Северуса с самого детства. И вот, наконец, настал тот день, когда она, наконец, найдет свое применение.
- Дурак.
Тяжелый вздох и качание головой – он не исправим, но все же…
- Рон, ты будешь только со мной. Будешь охранять меня. Охранять ото всех.
Он боится, ведь Гарри с Гермионой уничтожили все оставшиеся крестражи за этот год. Все, даже змею.
Он боится, но доверяет ему. Доверяет предателю.
- Да, мой Лорд.
Раболепный поклон до самой земли, а рука под мантией сжимает кинжал Северуса.
Он сражался. Сражался против друзей, хотя все заклинания не были смертельными, большинство из них, так вообще было направленно против… соратников. Ему опять везло – никто не видел его жульничества. Везло так, что никакой Felix Felicius не мог сравниться.
- Я же любила тебя, Рон!
Отчаянный крик его бывшей подруги, почти сестры рвал сердце на мелкие кусочки лучше всяких заклинаний.
- Я верила тебе! Мы все тебе верили!
В их голосах, обращенных к нему, сквозило отчаяние, страх, боль, ненависть и, даже, ужас, но не было ни капли понимания или сострадания. Хотя, какое может быть сострадание к Пожирателю?
- Гарри Поттер! Я взываю к тебе и твоей совести! Я предлагаю прекратить эту безумную резню, бездумное уничтожение расы волшебников! Сразись со мной – один на один, и закончим войну!
Он согласился – храбрый Гарри Поттер согласился на дуэль.
Он и Малфой – младший были секундантами Лорда, а Гермиона и Невил – Гарри.
Они не покинули поля боя и не отдалились от посторонних глаз, что означало его бесспорную и неизбежную… хотя, он будет надеяться на лучшее, ведь у него есть, ради чего жить…
Два волшебника – юный маг и безумный колдун – сошлись. Каждый из них сражался за свои идеалы, за каждым из них стояли те, что верили в них. Один из них нес добро, другой – зло.
Разошлись. Подле каждого из них стояло по два человека – тех, кому они доверили свою жизнь. У одного была дружба, у другого – подчинение. Но ни один из них не знал – не знал о вновь готовящемся предательстве.
Оба мага вновь шагнули друг к другу на пару шагов. Взмах руки, направленная на другого палочка, произнесенное заклинание и со стороны каждого уже несется к противнику смертельный луч.
Сила обоих волшебников почти равна. На стороне одного – опыт, на стороне другого – молодость. Один верит в силу и подчинение, а второй – в дружбу и равенство. Один любит, а другой ненавидит.
Силы равны, но когда через секунду, минуту, вечность юный маг начинает уставать, у другого появляется шанс. С безумной и радостной улыбкой он вкладывает все силы на последний, решающий и смертельный удар. Удар, который положит конец этой истории и начнет новую.
Но судьба любит вмешиваться, и порой достает козыри, спрятанные в рукаве очень давно. Один из таких козырей был рыжим и голубоглазым существом, названным друзьями предателем, а врагами – соратником.
За мгновение до, тонкая веснушчатая рука вскидывает палочку в сторону второго «секунданта» на этой дуэли. И, пока ошеломленные зрители смотрят на падающего на землю светловолосого юношу, обладатель той самой веснушчатой руки рыжим пятном метнулся к своему господину.
Взмах руки, блеск металла на солнце и тонкое короткое лезвие погружается в ненавистного человека, разрывая тонкое беззащитное горло.
- Ты предал меня?!.. Ты…
Безумные змеиные глаза с удивлением смотрят на своего убийцу.
Время, приостановившее было свой бег, вновь набрало обороты и стремительно полетело.
- Нет! Мой Лорд!..
- Предатель!..
- Avada Kedavra!
Да, непростительные заклятия – удел Пожирателей. Но странно – он не умер. Пока.
- Immortalis Preces!
- Dure Mors!
Конечно, смерть от третьего непростительного была бы слишком милосердна для него. Казалось, Пожиратели в мгновение ока вспомнили все самые изощренные
И вот, он уже лежит на земле. Лежит и умирает. Медленно, мучительно, каждую секунду умирая и вновь оживая, чтобы снова умереть самым мучительным способом.
Это конец. Ведь так?
В ушах стоит шум – то ли звуки битвы, то ли шепот смерти. Теплые руки, неожиданно для него, касаются его лба. Голова на мгновение поднимается, а потом вновь опускается на такие теплые и родные колени.
- Не вздумай умирать, Рон! Слышишь?!
- Он мертв?
Это все, что он хочет знать сейчас.
- Да, ты сделал это, Рон. Ты справился. Ты помог… им всем.
Легкая улыбка, не смотря на всю ту боль, причиняемую заклятиями, касается его губ.
- Я рад, что у нас получилось…
- У тебя, Рон. У тебя. Ты сделал это.
Глаза напротив блестят.
- Ты плачешь? Ведь все закончилось, тебе надо радоваться.
- Это… от радости.
Сил было мало – все уходили на поддержание самого себя в сознании, на сопротивление боли от заклятий. Их мало, но все же хватило на одно движение. Тонкие бледные пальцы слабеющей руки ласкающее прошлись по родной щеке.
- Ты опять забыл побриться.
Смешок, с ноткой грусти и отчаяния срывается с тонких губ.
- Я обязательно побреюсь, как только мы выберемся отсюда.
- Северус… Я рад,… что ты… жив.
Говорить удавалось все трудней, но ему было необходимо – необходимо сказать это. Сказать самое важное.
- Помолчи, Рон. Тебе нельзя напрягаться. Мы выберемся, я подниму тебя на ноги, а потом уж ты скажешь мне все что хотел.
Умоляющий взгляд и слабая улыбка в ответ.
- Нет… Северус, ты же… знаешь – я… я не выберусь отсюда… живым.
- Не моли чепухи, Уизли! Я не позволю тебе умереть!
Гневный голос, так похожий на того прежнего сурового профессора зельеварения, как ни странно, развеселил его и немного придал сил.
Счастливая улыбка на бледных губах резала сердце черноволосого, с еле заметной сединой, мужчины, заставляя мысленно выть от тоски и безысходности. И, будто понимая состояние этих двоих, Судьба, Смерть и Война обходили их стороной. Сражение, продолжавшееся где-то тут, но в то же время немыслимо далеко, не задевало их, доносясь до них лишь глухими ударами и еле слышными взрывами. Никто не обращал внимания на эту пару.
- Северус, поклянись мне…
Судорожный вздох.
- Поклянись, что будешь жить!
Закрытые веки, отчаяние на лице, губы, скривившиеся от немого крика.
- Ради меня… Прошу!
Последние силы уходят, но он старается держаться.
- Я не смогу без тебя, Рон!
Отчаяние в голосе – безысходность зверя.
- Мы еще увидимся, ты только не торопись ко мне. Ты же знаешь – я подожду.
Пелена на глазах мешала видеть, ком в горле не давал говорить.
- Живи, Северус! Живи… Я… я люблю тебя, Северус! Люблю!
Слабая счастливая улыбка на губах, безмерная нежность в глазах. Он, наконец, признался. Первый раз за весь этот безумный год. Первый и, к сожалению, последний раз.
- Рон…
Ошеломление и такое же безмерное счастье в голосе. Та же бескрайняя всепоглощающая любовь в черных глазах.
- Я тоже тебя люблю, Рон! Люблю!..
Счастье – вот что он сейчас ощущал. Не смотря на всю боль от заклятий, не смотря на подступающую смерть, он был счастлив.
- Прощай… Люблю…
Отчаянный крик, сорвавшийся с тонких губ, улетел в небо, заглушенный затихающим сражением.
Битва окончена. Война отступила, отдавая лавровый венок победы Добру.
Чистое, без единого облачка, небо, словно радовалось вместе со всеми Победе, освещая поле сражения, согревая лучами солнца живых и мертвых, победителей и побежденных. И в самой гуще этой толпы находилась пара. Молодость и зрелость. Счастье и отчаяние. Спокойствие и безысходность. Смерть и жизнь.
Двое людей, боровшихся за мир и свободу. Двое людей и одна судьба. Такая тяжелая и печальная, такая счастливая, такая одна…
Когда последние звуки сражения затихли, когда стоны боли и крики отчаяния умолкли, а в воздухе стоял запах крови и Победы, в ясное небо, в самую его глубину, были обращены лишь одни глаза. Глаза, цвета мертвого неба…

____________________________________________________________

Immortalis Preces! – Вечное проклятие
Dure Mors! – Беспощадная смерть

@темы: ГП, Рон Уизли, фф

URL
   

Записки психопата

главная